Musica stricta

суббота, 19:00
12+

Без антракта

12+

Île Thélème Ensemble

Наталья Соколовская фортепиано, клавесин

Сергей Полтавский альт, виола д’амур

В программе:

Лигети Венгерская пассакалия для клавесина
Musica ricercata для фортепиано (I – IV части)

Волконский Musica stricta (Fantasia ricercata) для фортепиано, соч. 11
Соната для альта и фортепиано

Иоганн Себастьян Бах (версии для альта и фортепиано)
Соната № 3 для виолы да гамба и клавесина соль минор, BWV 1029
Соната № 2 для виолы да гамба и клавесина pе мажор, BWV 1028
Сюита № 5 для виолончели соло до минор, BWV 1011 (версия для альта соло)

Без антракта

Без антракта

12+


Главный герой программы ансамбля Île Thélème – Андрей Волконский, легендарный композитор, органист, клавесинист, пианист, пропагандист старинной и современной музыки, основатель ансамбля «Мадригал». Родившийся в 1933 году в Швейцарии в семье русских эмигрантов, он подростком вернулся в Советский Союз, а в 1950 году поступил в Московскую консерваторию и вскоре стал одной из важнейших фигур в отечественной музыкальной жизни.

Фортепианная фантазия Musica stricta («Строгая музыка») Волконского стала первой додекафонной пьесой в нашей стране. На первом исполнении Мария Юдина предупредила публику, что сыграет ее дважды: «Произведение очень сложное и с первого раза, может, и не дойдет». При этом сам Волконский признавался, что пользовался новой техникой скорее интуитивно, поэтому его «Строгая музыка» на деле отнюдь не строга и по-прежнему звучит удивительно свежо. Не менее яркое сочинение – Соната для альта и фортепиано, написанная в 1955 году двадцатидвухлетним Волконским; виртуозное владение современной техникой сочетается в ней с непосредственной выразительностью. Не случайно Мария Юдина исполняла ее наряду с сонатами Шуберта, Онеггера, Хиндемита. 

Непреодолимой границы между старой и новой музыкой для Волконского не существовало. Он много играл Баха и записал на клавесине «Хорошо темперированный клавир». Тем естественнее выглядят в одной программе баховские сонаты и Пятая виолончельная сюита в версии для альта рядом с сочинениями Волконского. Лигети продолжает этот разговор уже из другой эпохи: в «Венгерской пассакалии» и в Musica ricercata он обращается к старинным формам и полифоническому мышлению, превращая их в основу нового музыкального языка. Так Бах оказывается незримым собеседником и Волконского, и Лигети – композиторов, каждый из которых искал новое, внимательно вслушиваясь в музыку прошлого.