В продаже абонемент Павла Любимцева «Вся моя жизнь»
Московская филармония Московская филармония

Камерный оркестр России. Дмитрий Синьковский

пятница, 19:00

Концертный зал имени
П. И. Чайковского

Фото 1
Фото 2
Фото 3
Фото 4
Фото 5

Государственный академический камерный оркестр России

Дмитрий Синьковский скрипка, дирижер

Диляра Идрисова сопрано

Яна Дьякова меццо-сопрано

Сергей Годин тенор

Илья Мовчан скрипка

В программе:

Вивальди Концерт для четырех скрипок, струнных и basso continuo си минор из цикла «Гармоническое вдохновение», соч. 3 № 10, RV 580
Ария Вагауса Armatae face et anguibus («Вооружившись факелом и змеями») из оратории «Торжествующая Юдифь», RV 644
Ария Аминты Siam navi all'onde algenti («Подобны мы судам на холодных волнах») из оперы «Олимпиада», RV 725
Концерт для двух скрипок, струнных и basso continuo до минор, RV 509
Ария Анастасия Vedro con mio diletto («Когда любимую я вижу») из оперы «Юстин», RV 717

Гендель Речитатив Comfort ye my people… («Утешайте народ мой…») из оратории «Мессия», HWV 56
Мотет Saeviat tellus inter rigores («Пусть на земле бушует буря») для сопрано и оркестра, HWV 240
Ария Баязета Su la sponda del pigro Lete («На брегах медлительной Леты») из III акта оперы «Тамерлан», HWV 18
Речитатив и ария Баязета E il soffrirete, d’onestade oh Numi… Empio per farti guerra («И вы сие претерпите, о боги чести?... Злодей, с тобой сразиться») из оперы «Тамерлан», HWV 18
Ария Оронте È un folle, è un vile affetto («Безумная, презренная страсть») из оперы «Альцина», HWV 34
Речитатив и ария Клеопатры
Сhe sento?... Se pietà di me non senti («Что слышу? … Если ты не пожалеешь меня») из оперы «Юлий Цезарь в Египте», HWV 17

Броски Ария Арбака Son qual nave ch'agitata («Словно корабль в бушующем море») из оперы «Артаксеркс»

В программе концерта возможны изменения

Купить билет

Дирижер Дмитрий Синьковский, Камерный оркестр России и команда солистов приглашают на вечер блестящей вокальной музыки эпохи барокко. Своего рода Эверест этой программы – ария Арбака Son qual navech'agitata из оперы Риккардо Броски «Артаксеркс». Для своего брата, великого певца-кастрата Карло Броски по прозвищу Фаринелли, композитор написал один из самых сложных номеров во всей оперной литературе. Ария cбесконечными колоратурами и каскадом затейливых украшений очень знаменита, но она мало кому по силам, а потому ее исполнение – редкое и драгоценное событие. 

Линию барочной эстетики, связанную с вокально-акробатическими чудесами, поддержат и сочинения главных мастеров эпохи. Разумеется, и они требуют недюжинных способностей – как технических, так и артистических. В стремительной арии Armatae face et anguibus из оратории Вивальди «Торжествующая Юдифь» яростная вокальная виртуозность передает порыв к мести. А в арии Siam navi all’onde algenti из вивальдиевской же «Олимпиады» наглядно иллюстрирует популярнейшее сравнение: наша жизнь – море, наши страсти – буйные ветра. 

Юношеский мотет Генделя Saeviat tellus так и сверкает эффектными вокальными пассажами. В первой арии обыгрывается (абсолютно на оперный лад, хотя произведение это церковное) опять-таки «погодная» образность – бури и вихри; в заключительном «Аллилуйя!» – импульсивный восторг набожной души. Но бравурность и вокальную пиротехнику в программе концерта оттеняет музыка более проникновенная, хотя и тоже требующая полной артистической отдачи. В ариях Vedro con mio diletto из «Юстина» Вивальди и Se pieta из «Юлия Цезаря» Генделя звучат совсем другие чувства – отчаянное любовное самоотвержение, горечь и томление разлуки.

Самые яркие, самые великолепные страницы в итальянской опере XVIII века, как правило, писались для высоких голосов – сопрано и альтов. Программа напомнит о том, что из этого правила бывали и важные исключения. Для тенора тот же Гендель создавал не только партии второстепенных оперных персонажей (скажем, Оронт из «Альцины») и ораториальную музыку (ария Comfort ye из «Мессии»). Прозвучат избранные номера султана Баязета из оперы «Тамерлан»: это объемная и богатая трагическая роль, которую на новейшей сцене, к примеру, с удовольствием примерял на себя Пласидо Доминго.

Сергей Ходнев